от ножа в Ираке, а напоминанием о вьетконговской
  пуле была сморщенная кожа на правой стороне грудной клетки. Маклину было
  сорок четыре года, но иногда после сна он чувствовал себя семидесятилет-
  ним, когда напоминали о себе стреляющие боли в руках и ногах от костей,
  поломанных в битвах на далеких берегах.
  
  Он закончил бриться и сдвинул в сторону занавеску душа, чтобы пустить
  воду, но потом остановился, поскольку на полу маленькой душевой кабинки
  валялись куски потолочной плитки и щебень. Из отверстий, открывшихся в
  потолке душа, капала вода. Пока он смотрел на протекающий потолок, сооб-
  ражая, что он опаздывает и принять душ не придется, внезапно в нем под-
  нялась злоба, как жидкий чугун в домне; он трахнул кулаком по стенке раз
  и другой, во второй раз от удара осталась сетка мелких трещин.
  
  Он наклонился над раковиной, пережидая пока пройдет злоба, как это часто
  бывало.
  
  - Успокойся,- сказал он себе.- Дисциплина и контроль. Дисциплина и конт-
  роль.- Он повторил это несколько раз, как мантру, сделал долгий глубокий
  вдох и выпрямился. Надо идти, подумал он. Меня ждут. Он помазал каранда-
  шом-дезодорантом под мышками, потом пошел к шкафу в спальне, чтобы дос-
  тать форму.
  
  Он извлек