е в канун двадцать первого века.
  
  Экономика после всплеска середины восьмидесятых выбилась из-под контро-
  ля. Темпы преступности потрясали, тюрьмы были забиты убийцами. Сотни ты-
  сяч бездомных - "нация оборванцев", как назвала их "Нью-Йорк Таймс",-
  скитались по дорогам Америки, неспособной обеспечить кров или морально
  справиться с напором мира бродяг. Военная программа "Звездных войн",
  стоившая миллиарды долларов, обернулась несчастьем, потому что была ос-
  воена слишком поздно и машины могли работать не лучше, чем человек, а
  сложность орбитальных платформ пугала разум и била по бюджету. Поставщи-
  ки оружия подпитывали сырой, неотработанной ядерной технологией страны
  третьего мира и по-собачьи безумных лидеров, страждущих власти на соб-
  лазнительной и нестабильной глобальной арене. Двадцатикилотонные бомбы,
  примерно той же мощности, что и бомба, разрушившая Хиросиму, теперь были
  столь же обыденными, как и ручные гранаты, и их было можно носить в
  "дипломате". За возобновившимся выступлениями в Польше и стычками на
  варшавских улицах прошлой зимой, остудившими отношения между Соединенны-
  ми Штатами и Советами до температуры образования льда, незамедлительно
  последовал