ам его кресла. Он знал, что больше не увидит
  ни жену, ни сына. Вашингтон стал лунным пейзажем с дымящимися руинами, в
  обуглившемся здании архива превратились в пепел и Декларация Независи-
  мости, и Конституция, в аду Библиотеки Конгресса уничтожены старания
  миллионов людей.
  
  Ему хотелось плакать и кричать, но он был Президентом Соединенных Шта-
  тов. На его запонках была президентская печать. Ему вспомнилось, как из
  далекого прошлого, как он спрашивал Джуману, подойдет ли голубая в по-
  лоску рубашка к его светло-коричневому костюму. Он был не в состоянии
  выбрать галстук, потому что решение таких вопросов давалось ему с тру-
  дом. Он больше не мог думать, больше не мог что-нибудь выработать: мозг
  его был как солончаковое болото. Джумана выбрала ему подходящий галстук
  и вставила запонки в рубашку. Потом он поцеловал ее и обнял сына, и люди
  из секретной службы отвезли его вместе с другими семьями персонала в
  подземное убежище.
  
  Все это уничтожено, подумал он. О, Господи... все уничтожено!
  
  Он открыл глаза и сдвинул шторку с окошка. Черные облака, пламенеющие
  красными и оранжевыми шарами, окружали самолет. Из их глубины выстрели-
  вали клочья огня и пробивались молниями