западе груды
  сплошных завалов шли до самой реки Гудзон.
  
  Панорама разрушения производила впечатление апофеоза ужаса и вызвала у
  нее оцепенение, потому что ее сознание достигло границ восприятия и было
  в шоке, когда все стало восприниматься так же, как и фанерные фигурки из
  представлений, виденных в детстве: Джетсоны, Гекльбери Хаунд, Майти Маус
  и Три Поросенка. Она съежилась на вершине холма под порывами воющего
  ветра и невидящим взором смотрела на руины, на губах ее застыла слабая
  улыбка, единственная здравая мысль билась в ее мозгу: - О Иисус, что же
  случилось с этим волшебным уголком?
  
  И ответом было: - Все пропало, все уничтожено.
  
  - Вставай,- сказала она себе, ветер сдул эти слова с ее губ.- Вставай.
  Ты что, собираешься оставаться здесь? Здесь нельзя оставаться! Вставай!
  Иди по одному шажку. Один шаг, а потом еще один, и ты придешь, куда тебе
  нужно.
  
  Но прошло много времени, прежде чем она опять смогла идти, и она, споты-
  каясь, побрела как старуха вниз по другому склону холма из обломков,
  бормоча про себя.
  
  Она не знала, куда идет, да и не особенно беспокоилась об этом. Молнии
  стали сверкать все чаще, землю потряс удар грома; черный, противный мо-
  росящий дождь