было, оно не могло быть человеческим.
  
  Голова неожиданно повернулась к ней.
  
  Сестра Ужас отпрянула. Ноги ее были готовы бежать, но она не дала им
  сделать это. Фигура на переднем ряду рассматривала ее, а фильм продолжал
  показывать крупным планом лежащие на столе вскрытые трупы погибших лю-
  дей. И тут фигура встала со своего места, и Сестра Ужас услышала, как
  под его подошвами хрустнул попкорн.
  
  Бежать! - мысленно закричала она. Сматываться отсюда!
  
  Но она осталась на месте, и фигура остановилась, не доходя до того мес-
  та, где свет из-за стойки контролера мог бы осветить лицо.
  
  - Вы вся обгорели.- Голос был мягким и приятным, и принадлежал молодому
  человеку.
  
  Он был худ и высок, около шести футов и четырех или пяти дюймов, одет в
  пару темно-зеленых брюк цвета хаки и желтую рубашку с короткими рукава-
  ми. На ногах начищенные военные ботинки.
  
  - Я полагаю, там, снаружи, уже все закончилось, не так ли?
  
  - Все пропало,- пробормотала она.- Все уничтожено.
  
  Она ощутила сырой холодок, тот же самый, как тогда, прошлой ночью перед
  кинотеатром, а потом он исчез. Она не смогла уловить ни малейшей тени
  выражения на лице человека, а затем ей показалось, что он улыбнулся, но
  это