горели, как угольки. Внезапно засве-
  тился алмаз чистым бело-голубым светом, а сапфир в четыре карата засиял
  ослепительным ярко-синим огнем. Когда биение сердца Сестры Ужас участи-
  лось, также участилось мерцание сотен камней, заключенных в стеклянном
  кольце. Изумруд светился прохладным зеленым светом, алмаз в форме груши
  горел огнем белого накала, топаз пульсирующим темным красно-коричневым,
  а дальше рубины, сапфиры, алмазы и изумруды начали десятками пробуждать-
  ся к свету, свечение трепетало, пробегая по линиям паутины, пронизывав-
  шей толщу стекла. Линии из драгоценных металлов - золота серебра и пла-
  тины - инкрустированные вовнутрь, тоже светились и служили как бы бик-
  фордовыми шнурами, от них еще сильнее становились вспышки изумрудов, то-
  пазов и глубокий пурпур аметистов.
  
  Все стеклянное кольцо рдело как многоцветный круг, и тем не менее под
  пальцами Сестры Ужас тепла не чувствовалось. Свечение пульсировало с та-
  кой же частотой, с какой билось сердце Сестры Ужас, а мерцающие волшеб-
  ные цвета горели все ярче.
  
  Она никогда не видела ничего подобного, никогда, даже на витринах мага-
  зинов по Пятой Авеню. Камни невиданных цветов и чистоты были заделаны
  внутрь стекла,