ерно, а воздух
  был пропитан запахом тины и дымом, но, по крайней мере, они были защище-
  ны от ветра. Они на ощупь прошли по наклонному полу, пока не нашли угол.
  Когда они устроились, Сестра Ужас полезла в сумку за буханкой хлеба и
  бутылью с имбирным пивом. Ее пальцы коснулись стеклянного кольца, завер-
  нутого в смятую полосатую рубашку, снятую ею с манекена. Другие куски
  стекла, завернутые в голубой шарф, лежали на дне сумки.
  
  - Вот.
  
  Она отломила ломоть хлеба и дала его Арти, потом отломила себе. Вкус был
  как у горелого, но это все же было лучше, чем ничего. Она сковырнула
  крышку с бутылки имбирного пива, которое сразу же запенилось и полезло
  наружу. Она тут же приложила ее ко рту, сделала несколько глотков и пе-
  редала бутылку Арти.
  
  - Терпеть не могу имбирное пиво,- сказал Арти, когда напился.- Но это
  лучшее из того, что я когда-либо пил в своей жизни.
  
  - А я и вовсе не пила ничего подобного.
  
  Она задумалась, стоит ли открывать ли анчоусы, ведь соль от них усилит
  их жажду. Ломтики ветчины были слишком большой роскошью, чтобы съесть их
  сейчас. Она отломила ему еще один кусок хлеба, затем такой же себе, и
  убрала буханку.
  
  - Знаете, что было у меня на обед вечером