ате,
  запечатлелось в его сознании и не давало ему двигаться; он вспомнил Дар-
  лин, умирающую в грязи. Вспомнил труп, лежащий неподалеку в темноте, на
  ступеньках крыльца соседнего дома. Образ того наездника - скелета разгу-
  ливающего по полю с пшеницей-людьми, всплыл в его сознании.
  
  О Господи, подумал он, и у него закапали слезы. О Господи, помоги всем
  нам.
  
  И он склонил голову и разрыдался не только от воспоминаний о Рози и
  мальчиках, но и из-за Дэви Скелтона и Дарлин Прескотт, и умершего чело-
  века там в темноте, и всех других умерших и умирающих людей, которые,
  почувствовав солнце на своих лицах, думают, что живут навсегда. Он ры-
  дал, и слезы катились по его лицу и капали с подбородка, и он не мог ос-
  тановиться.
  
  Кто-то обхватил его за шею.
  
  Ребенок.
  
  Свон.
  
  Он прижал ее к себе и держал так все это время, пока плакал, а она при-
  жималась к нему.
  
  Она обхватила его. Она любила Джоша и не могла переносить звуки его ры-
  дания.
  
  Ветер завывал, изменял направление, атакуя развалины Салливана под раз-
  ными углами.
  
  И в этом ветре, ей казалось, она слышала злобный голос, шепчущий - Все
  мое... Все мое...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Часть шестая. Ледяной Ад
  
  
  
  Глава