артину сразу же
  сменят. Эмилиано сел на табуретку и стал опять читать комикс, пытаясь
  заглушить страшные воспоминания, пробудившиеся у него от этого смеха.
  
  Красный занавес зашевелился. Эмилиано сгорбил плечи, как будто его хоте-
  ли побить. Потом занавес раскрылся, и киноман возник в темном вестибюль-
  чике. Он уходит! Эмилиано чуть не засмеялся, глаза его застыли на одной
  точке комикса. Он выходит из дверей!
  
  Но киноман произнес слабым, почти детским голосом:
  
  - Пожалуйста, мне большую чашку кока-колы и попкорн с маслом.
  
  В животе у Эмилиано заболело. Не осмелясь посмотреть человеку в лицо, он
  встал с табуретки, налил кока-колу из крана, достал попкорн и плеснул в
  него масла.
  
  - Пожалуйста, побольше масла,- попросил киноман.
  
  Эмилиано добавил еще несколько капель масла и провел заказанное по при-
  лавку.- Три доллара,- сказал он. К нему подлетела пятидолларовая бумаж-
  ка.- Сдачи не надо,- сказал человек, и сейчас в его голосе прозвучал юж-
  ный акцент. Озадаченный, Эмилиано взглянул на него. Киноман был около
  шести футов и четырех дюймов ростом, был одет в желтую рубашку с корот-
  кими руками и брюки цвета хаки с зеленью. Глаза его под густыми черными
  бровями были завораживающе