нования дня рождения, и, когда свечи зажгутся,
  он откинет голову и зарычит так громко, что Бог содрогнется.
  
  Уже пора! Уже пора!
  
  Когда же оно начнется? - волновался он. Кто первым нажмет кнопку - не
  имеет значения, он почти слышал, как разбивается стекло, опускается пре-
  дохранительная скоба и пламя разгорается в ракетоносителях. Это была му-
  зыка Голанских высот, Бейрута и Тегерана, Дублина и Варшавы, Иоханнес-
  бурга и Вьетнама - только на этот раз музыка закончится последним оглу-
  шительным крещендо.
  
  Он засунул пригоршню попкорна в рот, жадно открывшийся посреди правой
  щеки. Партия окончена! - подумал он и захихикал, подобно скрежету стек-
  ла. Прошлой ночью он сошел с автобуса из Филадельфии, и прогуливаясь по
  Сорок Второй улице, увидел, что показывают этот фильм. Он воспользовался
  этой возможностью получить наслаждение от просмотра "Лиц смерти, часть
  4", как всегда, где ему удавалось. Позади зрелища, конечно, как всегда
  была небольшая толпа, но он всегда мог узнать среди нее себя. Там было
  много от него, стоящего над кучей трупов после взрыва на футбольном ста-
  дионе в Италии, выглядевшего прилично напуганным, в другом случае он
  промелькнул, уже с другим лицом, в