т другого.
  "Нет! - воскликнула она. - Ты не можешь забрать эту вещь, и ты это
  знаешь! Иди своим путем и больше об этом не упоминай!"
   Когда Роланд вновь пришел в сознание, сил у него не прибавилось,
  но соображать он стал лучше. Открыв глаза, он увидел, что находится
  отнюдь не среди облаков, однако первое ощущение белоснежной красоты,
  окружающей его со всех сторон, возникло и на этот раз. Никогда в жизни
  Роланд не попадал в такое прекрасное место... частично ему так
  казалось и потому, что он остался в живых, но, главным образом из-за
  царивших вокруг умиротворенности и покоя.
   Роланд находился в огромном зале, длиннющем, с высоченным
  потолком. Когда он осторожно, очень осторожно повернул голову, то
  прикинул, что длина зала составляет никак не меньше двухсот ярдов.
  Ширина, конечно, значительно уступала длине, но теряющийся в вышине
  потолок создавал особое ощущение простора.
   Впрочем, ни стен, ни потолка, к каким привык стрелок, и не было.
  Если огромный зал что-то напоминал, так это шатер. Над его головой
  солнечные лучи падали на вздымающиеся полотнища белого шелка. Их-то
  Роланд и принял за облака. А вот под шелковым пологом царил сумрак.
  Стены, также из белого шелка, под легким ветерком надувались, как
  паруса. Вдоль каждой стены на веревках висели колокола. Они
  соприкасались с шелком и мелодично позвякивали, когда шелковая стена