кое
  сравнение со звоном черных колоколов.
   И жуки продолжали маршировать, зачерняя одну пару кроватей за
  другой.
   Дженна проскользнула мимо вопящей сестры Кокуины, бросила
  револьверы Роланда на пол, схватилась за ленты гамака, стягивающие
  лодыжку Роланда, растянула их. Стрелок высвободил ногу.
   - Пошли, - шепнула ему Дженна. - Я их инициировала, но остановить
  их - совсем другое дело.
   Сестра Кокуина кричала уже не от ужаса, а от боли. Жуки добрались
  до нее.
   - Не смотри. - Дженна помогла Роланду подняться. Какое же это
  счастье, подумал он, стоять на своих ногах. - Пошли. Надо спешить -
  она переполошит остальных. Твои сапоги и одежду я сложила у тропы, по
  которой мы отсюда уйдем. Принесла все, что смогла. Как ты? Силы есть?
   - Только благодаря тебе. - Роланд не знала, на сколько ему хватит
  сил... да сейчас этот вопрос и не требовал ответа. Он увидел, как
  Дженна схватила два засушенных цветка - вместе с ним они упали на
  кровать, и они поспешили по центральному проходу, подальше от жуков и
  сестры Кокуины, крики которой уже перешли в стоны.
   Роланд на ходу опоясался ремнем-патронташем. Они миновали только
  три кровати и уткнулись в полог палатки. Это была палатка, а не
  огромный лазарет. Шелковые стены и потолок превратились в брезент,
  износившийся до такой степени, что сквозь него проглядывал диск
  Целующейся луны. И кровати