тся, в клинике Глассмана. Угадал?
   - Ну что ж, мы подумали, так было бы удобней всего.
   - А как же иначе? И пока мне обследуют мозги, я буду пить барий и
  получать клизмы.
   Хаустон красноречиво смолчал.
   - А если я откажусь?
   - Хейди имеет право прибегнуть к законным средствам, - осторожно
  ответил Хаустон. - Ты понимаешь?
   - Я понимаю, - ответил Билли. Ты имеешь в виду себя, Хейди и Трех
  Гномов из клиники Глассмана. Все вместе вы отправляете меня в санаторий
  "Саннивейл", где я научусь плести корзинки.
   - Брось ты эту мелодраму, Билли! Она не меньше беспокоится о Линде,
  чем о тебе.
   - Мы оба волнуемся за Линду, - сказал Билли. - Я и за Хейди волнуюсь.
  Конечно, бывают моменты, когда я на нее зол, но в целом по-прежнему люблю
  ее. И потому беспокоюсь. Так что она в какой-то степени ввела тебя в
  заблуждение, Майкл.
   - Не знаю, о чем ты говоришь.
   - Ясно, что не знаешь. И объяснять тебе не собираюсь. Она может тебе
  рассказать, хотя сомневаюсь. Хейди хотела бы забыть все, что случилось.
  Она могла бы излить тебе душу относительно некоторых упущенных деталей.
  Скажем так: у нее тоже есть свой комплекс вины. Кстати, если прежде она
  выкуривала пачку сигарет в день, то теперь выкуривает до двух с половиной.
   Долгая пауза, потом Майкл Хаустон вернулся к своему обычному припеву:
   - Что бы там ни было, Билли, но психиатрические тесты, поверь мне, в
  твоих же интересах и в интересах...