И знали, чем это закончится.
   Они смотрели друг на друга - цыгане и тощий человек из Фэйрвью,
  Коннектикут. И вдруг без всякой причины Билли начал улыбаться.
   Старуха, обложенная подушками охнула и сделала в его сторону жест,
  отгоняющий нечистую силу.
   Послышались приближающиеся шаги, голос молодой женщины заговорил
  торопливо и сердито:
   - Вад са хан! Оч плоцлигг браст хан дыббук. Папа! Алсклинг грат инте!
  Сналла дыббук! Та миг мамма!
   Тадуз Лемке, в ночной рубашке, спускавшейся до его костлявых колен,
  босой, вышел в свет костра. Рядом с ним, в хлопчатобумажной ночной
  рубашке, обволакивающей ее соблазнительные бедра, была Джина.
   - Та миг мамма! Та миг... - Она выхватила взглядом Билли, стоявшего в
  середине круга в мешковатом плаще и несоразмерных штанах. Вскинула руку в
  его направлении и вновь обратилась к старику, словно собираясь напасть на
  него. Остальные в бесстрастном молчании наблюдали за происходящим. В
  костре громко треснуло полено, рассыпав золотой фонтан искр.
   - Та миг мамма! Ва дыббук! Та миг инте тилль мормор! Ордо! Ву дерлак!
   - Са хон лагг, Джина, - ответил старик. Его голос и выражение лица
  были безмятежными. Одна корявая рука потянулась и погладила роскошные
  волны ее черных волос, ниспадавших до талии. Пока что он ни разу не
  взглянул на Билли. - Ви ска станна.
   На миг она сникла, и несмотря на ее соблазнительную фигуру, Билли
  показалось, что перед ним