ная девочка. Затем она обернулась снова
  к нему с пылающим взглядом, словно подлили горючего в затухавший костер.
   - Вы не понимаете нашего линго, мистер?! - крикнула она ему. - Я
  говорю моему старому папе, что убили мою старую маму! Я говорю, что вы
  демон, и нам следует убить вас!
   Старик положил ладонь на ее руку. Она стряхнула ее и бросилась к
  Билли, едва не ступив босой ногой в костер. Волосы развевались позади нее.
   - Джина, ферклиген глад! - крикнул кто-то встревожено, но никто
  больше не издал ни звука. Ничуть не изменилось безмятежное выражение лица
  старика: он смотрел, как Джина приближается к Билли, словно родитель,
  наблюдающий за резвым ребенком.
   Она плюнула ему в лицо громадным плевком, - видно, ее рот был полон
  слюны. Билли ощутил ее слюну даже у себя во рту. На вкус напоминало слезы.
  Она посмотрела на него в упор своими огромными глазами, и несмотря на все
  происшедшее, на все, что он утратил, Билли осознал, как хочет ее. И она
  это поняла - в черноте ее глаз горела ненависть.
   - Если это может вернуть ее, плюй на меня, пока я не утону в плевках,
  - сказал он. Голос его на удивление прозвучал ясно и мужественно. - Но я
  не дыббук, не демон, не чудовище. То, что вы видите... - он поднял руки, и
  костер на миг просветил его одежду насквозь, сделав похожим на иссохшую
  белую летучую мышь... - это то, что я и есть.
   На мгновение лицо ее отразило нерешительность, почти страх. Хотя
  слюна