зное. - Нет,
  тебе не удастся, - заключил он.
   Джинелли то ли его не понял, то ли сделал вид.
   - Еще как могу. И, пожалуй, никто, кроме меня. Тут я бы никому не
  доверил дело. Но могу сделать не хуже, чем когда мне было всего двадцать
  лет. Для меня это совсем не бизнес. Это - удовольствие, понимаешь?
  Развлечение.
   - Ну, нет, я не хочу, чтобы ты там кого-то убивал - хоть его, хоть
  кого-то другого, - сказал Билли. - Я серьезно...
   - А почему бы и нет? - спросил Джинелли спокойно. Но в его глазах
  Билли видел все те же сумасшедшие искорки. - Ты опасаешься стать
  соучастником убийства? Но убийства не будет - всего лишь самозащита.
  Потому что он убивает тебя, Билли. Еще неделя, дорогой мой, и люди сквозь
  тебя начнут читать объявления, не прося посторониться. Ты понял?! Пара
  недель, и ты побоишься выйти на улицу, чтоб тебя ветром не унесло!
   - Твой этот медик говорил, что я могу помереть от сердечной аритмии
  еще до того, как меня ветром унесет. Видно, сердце-то у меня тоже теряет в
  весе, как и все остальное. - Халлек сглотнул. - А знаешь, мне до сих пор
  такое и в голову не приходило. Хм... убить? Защищаясь?
   - Вот именно. Он тебя убивает... ладно, хрен с ним. Ты не хочешь,
  чтобы я его пришил. Я его не трону. Идея в общем-то вшивая. Она не
  решит...
   Билли кивнул головой. Ему пришла в голову та же мысль. "Сними с меня
  это", сказал он Лемке. Даже белые люди из города понимали,