елли расплатился с таксистом и уплатил наличными за
  "Нову". За дополнительные двадцать долларов хозяин, молодой мужик, у
  которого в голове было больше вшей, чем очков коэффициента интеллекта
  "Ай-Ку", согласился оставить номерной знак штата Мэн, удовлетворившись
  обещанием Джинелли прислать ему знак через неделю.
   - Я, может, даже так и сделаю, - сказал Джинелли. - Если мы выживем.
   Билли бросил на него быстрый взгляд, но Джинелли уже продолжал свой
  рассказ.
   Он поехал дальше в сторону Бар Харбора, объезжая город стороной,
  направился по шоссе 37-а туда, где находился цыганский табор. По пути
  задержался и позвонил человеку, которого для Билли назвал "коллегой по
  бизнесу". Попросил "коллегу" находиться в определенной телефонной будке в
  Нью-Йорке точно в двенадцать тридцать. Этой телефонной будкой Джинелли
  часто пользовался и, благодаря своим связям, позаботился, чтобы телефон
  там всегда был исправен. Проехав мимо табора, заметил признаки активности,
  развернулся на шоссе в миле от того места и поехал обратно. Из табора вела
  проселочная дорога, и Джинелли увидел, что по ней из лагеря цыган к шоссе
  37-а едет автомобиль.
   - "Порше-турбо", - сказал Джинелли. - Игрушка для богачей с наклейкой
  университета Брауна. На переднем сиденье было двое парней, на заднем - еще
  трое. Я подождал их и спросил того, что за рулем, есть ли там цыганский
  табор, как говорят? Они ответили, что есть, но если я хочу погадать,