Никогда прежде не было у
  мена подобного чувства. Короче, я проехал подальше и вернулся пешком.
   - И что?
   - Спартон находился в машине, - сказал Джинелли. - Сидел за рулем.
  Мертвый. Дырка во лбу как раз над правым глазом. Крови немного. Мог быть и
  сорок пятый калибр, но не думаю. Крови на сиденье рядом с ним не было
  вообще. То, что его убило, навылет не прошло. Сорок пятый калибр прошивает
  насквозь, оставляя позади дыру с консервную банку размером. Я думаю, он
  был убит из рогатки шариком от подшипника. Тем самым, чем их девка
  стреляет. Может, она это и сделала.
   Джинелли замолчал, некоторое время размышляя.
   - У него на коленях лежала мертвая курица, взрезанная ножом. Кровью
  на лбу у Спартона было написано одно слово. Возможно, кровью этой курицы,
  но, сам понимаешь, лабораторный анализ я сделать не мог.
   - Что за слово? - спросил Билли, хотя уже догадался.
   - "НИКОГДА".
   - Господи Иисусе, - прошептал Билли и схватил свою чашку кофе с
  виски. Однако тут же и отставил ее: показалось, что его стошнит, если
  выпьет. Нельзя, чтобы вырвало. Мысленно представил себе Спартона за рулем:
  голова откинута назад, черная дырка над глазом, груда белых окровавленных
  перьев на коленях. Образ был столь ярким, что он увидел даже приоткрытый
  желтый клюв мертвой птицы и черные глаза-бусинки...
   Мир заволокло серой пеленой... послышался звук шлепка по его щеке.
  Халлек раскрыл глаза и увидел, как Джинелли