л этого не дожидаться.
   Джинелли побежал к дороге, пригнувшись пониже, как солдат под огнем
  противника. Достигнув дороги, выпрямился и побежал во всю прыть. Пробежал
  мимо часового, которого стукнул прикладом, едва глянув в его сторону. А
  возле того места, где оставил "мистера Уокмена", остановился, переводя
  дыхание.
   - Найти его ничего не стоило в полной темноте, - сказал Джинелли,
  потому что я услышал, как он елозит ногами по траве. Когда подошел, он
  начал сквозь бандаж на губах бормотать: "Унф, уф, гадумп".
   Лемке доерзался до того, что его еще круче прижало к дереву. Наушники
  болтались возле шеи. А когда увидел приближающегося Джинелли, замер и
  смолк. Просто смотрел на него.
   - По глазам его увидел; он решил, что я его убью, и при этом жутко
  перепугался, - продолжал Джинелли. - Мне этого и надо было. Старый гад не
  побоялся, но, скажу тебе, Уильям, тот парень очень жалел, что дед так с
  тобою поступил. К сожалению, мне не удалось заставить его попотеть малость
  - времени не было.
   Джинелли поднял АК-47 к его носу, и глаза Лемке сказали: он очень
  хорошо понял, что его ожидает.
   - Вот что, тварь, времени у меня маловато, поэтому слушай
  внимательно, - сказал Джинелли. - Передай деду, что в следующий раз
  стрелять по пустым машинам я больше не буду. Скажи ему, что Уильям Халлек
  хочет чтобы старик снял свое проклятье. Понял меня?
   Лемке кивнул, насколько позволяли путы. Джинелли