ке. Махнула конским хвостом прически, перехваченным на
  сей раз вполне сексуальным бархатным бантом. Под мышкой - учебники, в
  другой руке два небольших помпона для парада мажореток - один белоснежный,
  другой ярко-красный.
   - Пока, пап!
   - Счастливо, Лин!
   Халлек сел за стол и первым делом схватил "Уолл-стрит джорнел".
   - Возлюбленный! - сказала Хейди.
   - Моя дорогая! - с шутливым пафосом ответил он и немедленно отложил
  газету.
   Жена поставила перед ним дымящуюся яичницу, английскую сдобу с изюмом
  и пять кусочков поджаристого бекона. Хорошая еда. Сама скользнула на стул
  напротив нет и закурила "Вантаж-100". Минувшие январь и февраль были
  несколько напряженными - слишком много "обсуждений" - фактически,
  закамуфлированных ссор, слишком много ночей в постели спиной к спине. Но
  выход нашли: она перестала подкалывать его по поводу веса, а он прекратил
  нудить по поводу ее полутора пачек сигарет в день. В итоге весна
  получилась недурная. На фоне достигнутого между ними перемирия произошли и
  некоторые другие приятные вещи. Во-первых, Халлек получил повышение, и
  немалое. "Грили, Пеншли и Киндер" теперь стали "Грили, Пеншли, Киндер и
  Халлек". Мать Хоти исполнила свою давнюю угрозу и вернулась к себе в
  Вирджинию. Линда наконец-то выбилась в ведущие парада мажореток, что для
  Билли стало сущим благом, так как ее сценические потуги порядком
  напрягали. В общем, все пошло нормально.