хал задним ходом со стоянки и
  отправился в путь. Рассчитал, что будет дома через час, и им овладело
  странное и неприятное чувство. После двадцати миль езды он определил это
  чувство как волнение.
  
  
  
   27. ЦЫГАНСКИЙ ПИРОГ
  
   Халлек припарковал арендованную машину позади собственного "бьюика",
  подхватил свой скудный багаж и направился к двери через лужайку. Белый дом
  с ярко-зелеными ставнями на окнах, этот неизменный символ семейного
  комфорта и добра, теперь выглядел странным, почти чужим.
   "Белый человек из города жил здесь", подумал он, "но я не уверен, что
  он в конце концов вернулся домой. Этот парень, который пересекает сейчас
  лужайку, чувствует себя больше как цыган. Очень худой цыган".
   Дверь с двумя элегантными фонарями по бокам раскрылась, и Хейди вышла
  на крыльцо. На ней была красная юбка и белая безрукавка. Билли не помнил,
  чтобы когда-нибудь видел ее на ней прежде. Волосы ее оказались очень
  коротко подстрижены. В какой-то миг он подумал, что это вовсе не Хейди, а
  незнакомка, немного похожая на нее. Она посмотрела на него, лицо - слишком
  бледное, глаза - слишком темные, губы дрожали.
   - Билли?
   - Это я, - сказан он и остался на месте.
   Оба стояли и смотрели друг на друга: Хейди с выражением рухнувших
  надежд, Билли - не испытывая вообще никаких чувств. Но видимо, что-то было
  в его взгляде, поскольку она воскликнула:
   - Ради Бога, Билли, не смотри на меня так!