какие-нибудь остатки после пикника.
   Молодая цыганка, стрелявшая из рогатки, попыталась заговорить с
  жонглером, но он, проходя мимо, сердито отмахнулся и влез в маленький
  автобус. Она постояла немного, глядя на пожилого цыгана с охапкой дубинок,
  и тоже полезла в микроавтобус. Халлек, уже весьма безразлично наблюдавший
  за всем, в этот миг не смог оторвать от нее взгляда. Волосы ее были
  длинными, от природы волнистыми, они черными волнами спускались по спине.
  Блуза со штампованным рисунком и скромная юбка могли быть приобретены на
  самой дешевой распродаже, но тело цыганки удивляло экзотичностью и
  изяществом - кошка, пантера, леопард. Когда она ступила ногой в фургон
  "Фольксвагена", юбка на миг приподнялась, и он успел увидеть прекрасные
  линии ее бедер. В этот момент он безумно захотел ее и мысленно представил
  себя лежащим на ней в самый темный час ночного времени. Пробуждение былой
  страсти. Обернулся к Хейди. Ее губы были сжаты в ниточку, даже побелели,
  глаза смотрели, как тусклые монеты: Его взгляда на цыганку она не
  заметила, но увидела приподнявшуюся юбку и то, что под ней скрывалось, и
  все, конечно, поняла.
   Полицейский с записной книжкой подождал, пока девушка скрылась в
  машине, захлопнул блокнот, сунул его в карман и подошел к Хопли. Цыганские
  женщины созывали своих детишек к машинам. Старый цыган с охапкой дубинок
  снова подошел к Хопли и опять что-то сказал. Хопли решительно