шаешь норму, и я не желаю тебе
  опять потерять из виду собственный член. - Он улыбнулся. - А вот чего бы я
  действительно желал, так это узнать твой секрет похудения.
   - Нет у меня никакого секрета, - ответил Халлек. Он испытывал
  замешательство и огромное облегчение. Точно как пару раз в колледже, когда
  чудом сдал экзамены, не подготовившись к ним.
   - Пока воздержимся от выводов - подождем результатов серии Хеймана -
  Рейхлинга.
   - Чего?
   - Твои говенные карточки, - сказал Хаустон и расхохотался. - Может, в
  них что-нибудь вылезет. Но я тебе скажу, Билли, двадцать три различных
  анализа твоей крови - отличные. Картина убедительная. Халлек шумно
  выдохнул. Шумно и судорожно.
   - Я... мне так страшно было.
   - Помирают молодыми те, кто такого страха не знает, - ответил
  Хаустон. Он выдвинул ящик письменного стола и извлек пузырек с маленькой
  ложечкой, прикрепленной на цепочке к пробке. Ручка ложки, заметил Халлек,
  была в форме Статуи Свободы. - Примешь малость?
   Халлек покачал головой. Он был доволен. Ему приятно сидеть тут,
  сложив руки на животе - на своем уменьшенном животе - и наблюдая, как
  самый преуспевающий семейный доктор Фэйрвью втягивал кокаин сначала одной
  ноздрей, потом - другой. Затем он спрятал бутылочку обратно в стол,
  вытащил другую и коробочку маленьких тампонов. Обмакнул тампон в пузырек и
  протер им ноздри.
   - Дистиллированная вода, - пояснил он. - Предохраняет