пил и новый пояс "Ник", покороче размером. Он обратил внимание на то,
  что знакомые перестали поздравлять его с потерей веса. С какого момента
  это началось?
   Надел обновки, отправился на работу, вернулся домой. Слишком много
  выпил, съел дополнительную порцию за ужином, хотя и не испытывал большого
  желания. Еда тяжелым грузом легла в желудок. Миновала неделя, и новые
  одежды перестали выглядеть элегантно - они стали висеть на нем мешковато.
   Он подошел к ванной. Сердце тяжело билось в груди, даже в глазах
  отдавалось. Болела голова. Потом он обнаружит, что до крови прикусил
  нижнюю губу. Образ весов в мыслях вызывал детский страх: они стали
  гоблином, домовым в его жизни. Минуты три стоял он возле них, кусая нижнюю
  губу, не замечая боли и солоноватого вкуса крови. Был вечер. Внизу Линда
  смотрела по телевидению "Компанию Трех", Хейди на "Коммодоре" в кабинете
  Халлека проверяла домашние расходы за неделю.
   Собравшись с духом, словно перед прыжком в холодную воду, он ступил
  на весы.
   188.
   Спазм схватил живот изнутри, показалось, что рвоты не избежать. Он
  мрачно сделал усилие, чтобы удержать свой ужин на месте, - питание было
  ему необходимо, - горячие здоровые калории.
   Тошнота прошла. Снова посмотрел на шкалу внизу, тупо вспомнив слова
  Хейди: "Они врут не в сторону плюса, а в сторону минуса". Вспомнил слова
  Майкла Хаустона, который сказал, что при 217 он все равно на 30 фунтов
  тяжелее