Тереза была гадким утенком. По правде говоря, де Фоссы стеснялись
  своей старшей дочери. И если бы Тереза была просто некрасивой, они бы,
  возможно, смогли путем пластической операции укоротить ей нос, изменить
  линию подбородка или исправить разрез глаз. Но сложность заключалась в
  том, что лицо Терезы было слегка перекошено. Не на месте казалось все,
  словно она, как комедийная актриса, ради смеха сделала такую гримасу.
   Но если Господь обделил ее внешними данными, то он постарался
  компенсировать это, вознаградив ее другим щедрым даром. У Терезы был
  ангельский голос. Это было отмечено, когда она впервые спела в церковном
  хоре. Прихожане в изумлении внимали чистому, прозрачному пению ребенка. С
  возрастом голос Терезы стал еще более прекрасным. В церкви она пела все
  сольные партии. Там она чувствовала себя в своей стихии. Но за стенами
  церкви Тереза была невероятно робкой и застенчивой из-за своей внешности.
   В школе все дружили с Моник. Мальчики и девочки ходили за ней
  гурьбой. Им хотелось играть с ней или просто быть рядом. Ее приглашали на
  все вечера. Терезу тоже приглашали, но вспоминали о ней всегда в последнюю
  очередь, как о необходимости соблюдать формальности, и Тереза с горечью
  это сознавала.
   "Послушай, Рене, нельзя приглашать только одну из сестер де Фосс,
  надо пригласить