благословение. Но
  больше всего, наверное, она любила удивительное чувство безмятежности,
  овладевшее ею в церкви.
   - Я хочу стать католичкой, - сказала однажды Миган отцу Беррендо.
   Взяв ее за руку, он весело ответил ей:
   - Наверное, ты уже ею стала, Миган, но мы подстрахуемся. Веришь ли ты
  в Бога Всемогущего, Творца всего земного и небесного?
   - Да, верю.
   - Веришь ли ты в Иисуса Христа, Сына Его единственного, рожденного и
  страдавшего?
   - Да, верю.
   - Веришь ли ты в Святого Духа, в святую католическую Церковь, в
  причастие: в отпущение грехов, воскрешение плоти и вечную жизнь?
   - Да, верю.
   Священник слегка подул ей в лицо.
   - Exi ab ea, spiritus immunde. - Изыди, нечистый дух, уступи место
  Духу Святому.
   Он опять подул ей в лицо.
   - Миган, да войдут в тебя с этим дуновением дух добра и благословение
  Господа. С миром.
  
  
   К пятнадцати годами Миган превратилась в красивую девушку с длинными
  белокурыми волосами и молочно-белой кожей, она стала еще больше выделяться
  среди своих сверстников.
   Однажды ее вызвали в кабинет Мерседес Анхелес. Там был отец Беррендо.
   - Здравствуйте, падре.
   - Здравствуй, милая Миган.
   - Кажется, у нас возникла проблема, Миган, - начала Мерседес Анхелес.
   - Какая?
   Она ломала голову, пытаясь вспомнить, что же она могла