Нам пора идти.
   Зевнув, она лениво потянулась. Ее блузка расстегнулась, слегка
  обнажив грудь. Рубио поспешно отвел глаза.
   "Я должен контролировать свои мысли. Она ведь невеста Христа".
   - Сестра...
   - Да?
   - Я... я могу попросить тебя об одном одолжении? - спросил он,
  краснея.
   - О каком?
   - Я уже давно не молился. Но меня воспитывали в католической вере. Не
  могла бы ты прочесть молитву?
   Этого Лючия ожидала меньше всего.
   "Когда же я в последний раз читала молитву?" - пыталась вспомнить
  она. Монастырь был не в счет. В то время как другие молились, ее голова
  была занята мыслями о побеге.
   - Я... я не...
   - Я уверен, что нам обоим от этого будет лучше.
   Как она могла объяснить ему, что не помнит ни одной молитвы?
   - Я...
   Вот. Одну вспомнила. Когда она была еще совсем маленькой, она стояла
  на коленях возле своей кровати рядом с отцом, который после молитвы
  укладывал ее спать. Ей медленно стали вспоминаться слова двадцать третьего
  псалма.
   - "Господь - Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться. Он покоит
  меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим. Он подкрепляет душу
  мою, направляет меня на стези правды ради имени Своего..."
   На нее нахлынули воспоминания.
   Ей с отцом принадлежал весь мир. И он так гордился ею.
   "Ты родилась под