ычно, бдительность.
   Неподалеку от Конде-де-Честе он увидел направлявшихся в их сторону
  солдат.
   - Возьми меня за руку, сестра, - прошептал он. - Мы должны выглядеть
  прогуливающейся влюбленной парочкой.
   Она словно не слышала его.
   "Господи, - подумал Рикардо. - Да что она, глухонемая?" Он сам взял
  ее за руку и был поражен ее неожиданно яростному сопротивлению: она
  отдернула руку, будто ужаленная.
   Гвардейцы приближались.
   Рикардо наклонился к Грасиеле.
   - Не злись, - громко сказал он. - То же самое и с моей сестрой. Вчера
  после ужина, когда она уложила детей спать, она говорила, что мужчины не
  должны где-то рассиживать за пустой болтовней, покуривая свои вонючие
  сигареты, в то время как вы, женщины, мечетесь, оставаясь одни. Готов
  поклясться...
   Гвардейцы прошли. Повернувшись, Рикардо посмотрел на Грасиелу. Ее
  лицо ничего не выражало. Рикардо мысленно проклинал Хайме за то, что ему
  досталась именно эта монахиня. Она была словно каменная, и ее холодная
  неприступность казалась непрошибаемой.
   При всей своей скромности Рикардо Мельядо знал, что он нравится
  женщинам. Он уже от многих это слышал. Он был высок и хорошо сложен, у
  него была светлая кожа, аристократический нос, интеллигентное лицо и
  красивые белые зубы. Он родился в богатой баскской семье, жившей