вали против. Мне сообщили об их решении пятнадцать
  минут назад. Миро отказано в обжаловании приговора. Казнь состоится. А
  теперь, с вашего позволения...
   Он поднялся, все встали. Обведя глазами комнату, Миган посмотрела на
  холодные беспощадные лица и содрогнулась.
   - Да простит вас Господь, - сказала она.
   Они молча смотрели, как она поспешно вышла из комнаты.
  
  
   За десять минут до полудня дверь камеры Хайме Миро открылась, и в нее
  вошли начальник тюрьмы Гомес де ла Фуенте в сопровождении двух своих
  помощников Молинаса, Арранго и врача Мигель Анунсьон. В коридоре стояли
  четыре вооруженных охранника.
   - Пора, - сказал начальник тюрьмы.
   Хайме поднялся со своей койки. Он был в наручниках, его ноги были
  закованы в кандалы.
   - Я надеялся, вы задержитесь.
   Он держался с таким достоинством, что де ла Фуенте невольно
  восхищался им.
   "В другое время и при других обстоятельствах мы могли бы стать
  друзьями", - подумал он.
   Тяжело переставляя закованные в кандалы ноги, Хайме вышел в пустынный
  коридор. По обе стороны от него встали охранники и Молинас с Арранго.
   - Меня ждет гаррота? - спросил Хайме.
   Начальник тюрьмы кивнул.
   - Гаррота.
   Невероятно мучительная, бесчеловечно жестокая смерть. Хорошо, что
  казнь состоится в изолированном помещении, а не на виду