ела вывести своего мужа из этого состояния, но не знала, как это сделать.
   Гарденер взглянул во второй раз и заключил, что они были женаты восемь
  месяцев. Может быть, год, но восемь месяцев - это более вероятно.
   Говорящий мужчина должен был быть каким-то колесиком в "Бэй Стейт
  Электрик". Должен был быть в "Бэй Стейт", потому что "Бэй Стейт" была
  собственником той дыры, где располагалась станция "Ирокез". Этот парень
  говорил о ней как о величайшей вещи после резака для хлеба, и поскольку он
  выглядел человеком, действительно верящим в это, Гарденер решил, что он
  должен быть колесиком невысокого ранга, может быть, даже простой "запаской".
  Он сомневался, что ребята покрупнее были такими дураками насчет "Ирокеза".
  Даже если на мгновение забыть о помешательстве на ядерной энергии, имелся
  факт, что "Ирокез" через пять лет должен был войти в строй, и судьба трех
  взаимосвязанных банковских цепей зависела от того, что случится, когда.., и
  если.., это все-таки произойдет. Они все стояли захороненными в
  радиоактивном песке и оберточной бумаге. Это было как дурная игра
  музыкантов-любителей.
   Конечно, суд в конце концов разрешил компании начать загружать горячие
  стержни на месяц раньше, и Гарденер подумал, что эти мудаки вздохнули с
  облегчением.
   Трептрепл слушал с торжественной значительностью. Он был для коллеги не
  опекуном, но кем-то вроде инструктора, достаточно знающего, как подмаслить
  эмиссара