приятно разнообразит его жизнь. Затем он
  вернется к своему волнорезу и прыгнет в море. На полном серьезе;
  обыкновенный неудачник посреди мертвой зоны, которая только кажется вполне
  пригодной для жизни. В конце концов он сам выбрал свой путь и знает, как его
  завершить. Океан существует десятки и сотни миллионов лет; так что пять
  минут он сможет подождать.
   Только не перекладывай свои беды на ее плечи, слышишь? Обещай, Гард. Не
  пытайся вернуться к прошлому и не хнычь. Ты ведь считаешь себя ее другом, а
  не мужским вариантом ее слезливой сестрицы. Никакого нытья.
   Он давал себе много, очень много обещаний, и, видит Бог, тысячи из них
  сам же нарушал. Но это уж он сдержит.
   Гарденер неуклюже вскарабкался не вершину волнореза. Крутая и скользкая,
  она была действительно подходящим местом для сведения счетов с жизнью.
  Апатично оглядываясь по сторонам, он искал свою старую заслуженную
  коричневую сумку, сопровождавшую его во всех странствиях, предполагая, что
  она могла завалиться между камней. Сумки нигде не было. Старая, добрая
  сумка, замызганная и покоробившаяся, вмещала весь джентльменский набор:
  белье, зубную щетку, кусок мыла в пластмассовой мыльнице, связки консервных
  ножей (они всегда забавляли Бобби; время от времени она пользовалась ими),
  счет на двадцать долларов на самом дне.., и, конечно, все его
  неопубликованные стихи. Жаль, если все это пропадет, впрочем, ему-то это уже
  не пригодится...