и становится
  хуже.
   И все же ей вдруг очень захотелось поговорить с Джимом Гарденером - ей
  нужно было поговорить с ним. Она зашла в комнату, чтобы позвонить в его дом,
  расположенный далее по дороге в Юнити. Она уже набрала на диске четыре
  цифры, когда вспомнила, что Джим отправился на выездные чтения - они да
  поэтические семинары были источником его существования. Для гастролирующего
  артиста лето было благодатным сезоном. Все эти перезревшие матроны должны
  чем-то скрашивать свое лето, - она как будто слышала ироничный голос Джима,
  - а мне зимой нужно что-то кушать. Ты должна бога благодарить, Бобби, что
  при любом раскладе ты-то сохраняешь своих читателей.
   Да, действительно, это она делала, хотя и подозревала, что Джим любил
  свою работу больше, чем желал показать. Вне всякого сомнения.
   Андерсон положила трубку обратно на рычаг и взглянула на книжный шкаф
  слева от печки. Он не выглядел представительно - она не была и никогда не
  будет плотником, - но свои функции выполнял. Две нижние полки были заняты
  экземплярами из серии "Время-Жизнь" о прошлом Дикого Запада. Две полки
  повыше были вперемешку заполнены художественной литературой и публицистикой
  на эту же тему; ранние вестерны Брайена Гарфилда боролись за место под
  солнцем с массивным трудом Хуберта Хэмптона "Исследования Западных
  Территорий", "Сага о Сэккетах" Луиса Л'Амура лежала корка к корке с двумя
  прекрасными романами Ричарда Мариуса - "Приход