Бобби. Он заметил,
  что с тех пор, как он был здесь последний раз, на обычной печи была
  установлена микроволновая, и сейчас полоска света шла через всю рабочую
  площадь и кухонный стол, за которым Бобби ела чаще всего, обычно с книгой в
  свободной руке.
   Он заварил крепкий черный кофе и уже переносил все на стол, когда вошла
  Бобби, в брюках и футболке с изображением мухи и подписью "Птица штата Мэн".
  Ее мокрые волосы были обернуты полотенцем.
   Андерсон оглядела стол:
   - А тостов нет? - спросила она.
   - Приготовь свои, замороженные, - сказал Гарденер дружелюбно. - Я
  добирался за две сотни миль автостопом не для того, чтобы подавать тебе
  завтрак.
   Андерсон уставилась на него:
   - Что ты сказал? Вчера? Под дождем?
   - Ну да.
   - Господи, что наконец происходит? Мюриэл сказала, что у тебя чтения, и
  они заканчиваются 30 июня.
   - Ты звонила Мюриэл? - он был до смешного тронут. - Когда? Она махнула
  рукой, как будто это не имело никакого значения - вероятно, так оно и было.
   - Что произошло? - спросила она снова.
   Гарденер подумал, не сказать ли ей - он хотел сказать ей, но представил
  себе и испугался. Было ли это тем, для чего предназначена Бобби? Не была ли
  Бобби Андерсон, к которой он обращался, в действительности не более чем
  стенкой? Он сомневался, хотел сказать ей и - не сказал. Для этого еще
  найдется время потом.
   Может быть.
   - Потом, - сказал он. - Я хочу знать, что произошло здесь.
   - Сначала