ел на кафедру, стиснул ее руками и обвел всех строгим
  взглядом. "Так как же можно, чтобы освященный Божьим урожаем и Божьими
  небесами город назывался именем каких-то развалин, - вот что мне непонятно,
  собратья. По-моему, дьявол славно поработал с предыдущим поколением, вот что
  мне кажется".
   И уже на следующий день начались разговоры о переименовании Илкена в
  Хэвен. Преподобный Кровелл протестовал против этого довольно равнодушно,
  преподобный же Хартли более решительно. Официальные лица заняли нейтральную
  позицию; их взволновало лишь то, что это будет стоить городу 20 долларов,
  которые пойдут на замену бумаг Конфедерации, и, быть может, еще 20 на замену
  знаков на городских дорогах. Не говоря еще о переделке всех городских
  документов.
   Задолго до памятного мартовского собрания, на котором была обсуждена и
  принята статья 14: "Одобрить изменение названия города 193 штата Мэн с
  Илиона на Поднебесный", проповедник Кольсон потихонечку свернул свой шатер и
  растворился в ночи. Это произошло в ночь на 7 сентября, которую Кольсон
  заранее именовал Самой Урожайной для Паствы Возрождения в 1900 году. Он
  готовился к этой ночи по крайней мере месяц, называл ее самым важным сбором
  в году и, быть может, самым важным сбором из всех, которые он когда-либо
  устраивал, говорил, что, быть может, поселится здесь, к чему его все время
  призывает Бог - сердца многих женщин забились чаще при последнем известии.
  Это будет жертвой любви,