старый
  Чарли Эстабрук из почтового офиса был отправлен в отставку, и из почтового
  офиса Огасты, чтобы занять его место, прибыла женщина по имени Нэнси Восс.
  Она предполагала, что Восс (которую Бекка теперь мысленно называла для
  простоты Нахалкой) была лет на пять старше, чем она и Джо, тогда ей было бы
  около пятидесяти, но она была щеголеватой, хорошо державшейся женщиной.
  Бекка допускала, что сама она набрала немного веса, со ста двадцати шести до
  двухсот и трех, в основном после того как Байрон, их единственный ребенок,
  покинул дом.
   Она могла игнорировать это, она игнорировала бы это, возможно, даже
  пришла бы к тому, чтобы терпеть это с облегчением; если Нахалке нравится
  животность сексуального контакта с его вседозволенностью и толчками и этой
  заключительной струей липкого вещества, запахом слегка напоминающего треску
  и выглядящего как дешевое посудомоечное средство, то это только доказывает,
  что сама Нахалка - немногим более чем животное. К тому же это освобождает
  Бекку от утомительных, чтобы не сказать - случайных, обязательств. Она могла
  бы это игнорировать, если бы изображение Иисуса не начало говорить.
   В первый раз это случилось в четверг, как раз после трех часов дня. Бекка
  возвращалась в комнату из кухни с небольшой закуской (половина кофейного
  пирожного и кольцо, наполненное малиновым джемом) смотреть "Госпиталь". В
  действительности она уже не могла больше верить, что Люк и Лора когда-нибудь
  вернутся, но она