на была не в состоянии полностью перестать надеяться.
   Она наклонялась к телевизору, когда Иисус сказал:
   - Бекка, Джо вставляет это в Нахалкин низ почти всегда во время ленча, а
  иногда и после работы. Однажды он так обнаглел, что вставил ей, пока, как
  считалось, он помогает ей сортировать почту. И знаешь что? Она ни разу даже
  не сказала: "Хотя бы подожди, пока я разберусь с первым классом".
   - И это еще не все, - сказал Иисус. Он прошел полкартины, Его роба
  развевалась вокруг ног, и сел на камень, выступавший из земли. Он держал
  свой посох между коленями и мрачно смотрел на Бекку. - В Хэвене многое
  происходит. Ты не поверишь и половине всего.
   Бекка взвизгнула и упала на колени.
   - О, мой Господь! - закричала она пронзительно. Одно из ее колен
  приземлилось прямо на кусок пирожного (размером и толщиной примерно с
  семейную Библию), прыснувшего малиновым наполнителем в морду Оззи, коту,
  который выполз из-под плиты посмотреть, что происходит. Оззи побежал, шипя,
  на кухню, и весь в красном и липком, капающем с усов, снова залез под плиту.
  Он провел там весь оставшийся день.
   - Да, все Полсоны были недостаточно хороши, - сказал Иисус. Овечка
  побрела к Нему, и Он отогнал ее, с рассеянным нетерпением взмахивая посохом,
  что напомнило Бекке, даже в теперешнем ее застывшем положении, покойного
  отца. Овечка пошла, покрываясь рябью из-за трехмерного эффекта. Она исчезла,
  искривившись при переходе за край картины..,