резком уменьшении аудитории.
   На первом представлении зрители были возбуждены, даже чуточку нагловаты
  (саркастические аплодисменты приветствовали падение с ладони Хилли монеток
  из фольги). На этот раз аудитория была мрачна и рассеянна, все сидели как
  манекены в складных креслах, расставленных Хилли и его ассистентом (бледным
  и безмолвным Дэвидом). Его папа, который, на первом представлении,
  подбадривал сына смехом и аплодисментами, в этот раз прервал вступительную
  речь Хилли "о тайнах востока", сказав, что не может уделить этим тайнам
  много времени, и, если Хилли не против, ему, после стрижки газона, хотелось
  бы принять душ и выпить пива.
   Да и погода изменилась. В день первого представления все вокруг было
  ясным, теплым и зеленым, особой свежей и нежной зеленью, которая появляется
  в Новой Англии в последние дни весны. Теперь же - горячий и душный день
  первой половины июля, когда безудержно горячее солнце палит с неба цвета
  хрома. Миссис Греншау развлекалась, просматривая свой же Эвонский каталог,
  и, судя по всему, не могла дождаться, когда все это кончится. Сидя на
  солнцепеке, все чувствовали себя не лучшим образом. А каково маленькому
  мальчику, стоящему на сцене, сооруженной из ящиков, одетому в торжественный
  черный костюм, с приклеенными усами.., зануда.., пускает пыль в глаза...
  Миссис Греншау почувствовала, что она просто убивает его своим невниманием.
   На этот раз техника исполнения была куда