рители сидели сонные и поникшие, словно получившие солнечный удар..,
  или, быть может, разморенные воздухом Хэвена, каким-то странным сегодня.
  Подобно тому, как нечто, приходящее из атмосферы, разъедает корпус корабля,
  было что-то, из-за чего тот день был особенно тяжелым; казалось, полное
  безветрие и зной подавляют морально и физически.
   "Сделай же что-нибудь", думал паникующий Хилли.
   Он планировал что-нибудь эффектное, типа исчезновения книжного шкафа,
  велосипеда (маминого), мотоцикла (папиного, правда, учитывая теперешнее
  настроение папы, он едва ли согласится выкатить мотоцикл на платформу). Вот
  то, что нужно для Великого Финала.
   Исчезновение младшего брата!
   - А теперь...
   - Хилли, извини, но... - начал отец.
   - Мой последний фокус, - быстро договорил Хилли; его отец откинулся на
  спинку кресла с видимым облегчением. - Мне нужен кто-нибудь из зрителей. Иди
  сюда, Дэвид.
   Дэвид шагнул вперед с выражением страха и покорности, почти
  уравновесившими друг друга в этот момент. И, хотя он не мог объяснить
  толком, Дэвид знал, что это фокус будет последним. Слишком хорошо знал.
   - Не хочу, - прошептал он.
   - Ты должен, - твердо сказал Хилли.
   - Хилли, я боюсь, - умолял Дэвид, с глазами, полными слез. - Что, если я
  не вернусь обратно?
   - Вернешься, - прошептал Хилли. - Ведь все остальное возвращалось,
  правда?
   - Да, но до сих пор ты не пробовал с чем-нибудь живым, - сказал Дэвид.
  Слезы градом