о понимали, что по-настоящему
  хорошие куклы почему-то находятся под запретом. Если же Рут понимала, что
  запрет родителей связан с тем, что они считают неудобным, чтобы их ребенок
  играл игрушками взрослой леди, она давала понять, что ни в коей мере не
  возражает этому.
   - Вы не боитесь, что ребенок сломает их скамеечку? - спросила у нее
  однажды Мейбл Нойз. Лексикон Мейбл изобиловал выражениями типа: "Смотрите и
  трогайте на здоровье, но если сломаете - платите". Мейбл знала, что кукла,
  принадлежавшая дочери судьи Маршалла, стоила по меньшей мере 600 долларов -
  она показала ее фотографию дилеру старинных кукол в Бостоне, и он оценил ее
  в 400, поэтому Мейбл думала, что ее продажная цена - 600. Еще там была
  кукла, принадлежавшая Энн Рузвельт.., настоящая гаитянская кукла вуду... И
  Бог знает, какие еще, сидящие щека к щеке и нога к ноге с такими
  общеизвестными куклами как Энн и Энди Рэггеди.
   - Ничуть, - ответила Рут. Она находила взгляды Мейбл такими же странными,
  как и Мейбл - ее взгляды. - Если Богу угодно, чтобы одна из этих кукол
  сломалась, он может сломать ее сам или же послать ребенка сделать это. Но до
  сих пор ни один ребенок еще ничего не сломал. Ну, открутили несколько голов,
  и Джо Пелл что-то сделал с устройством на спине у Миссис Бисли, и теперь она
  ничего не может сказать, кроме: не хотите ли принять душ? - вот и весь
  причиненный убыток.
   - Вы меня извините, но я все-таки считаю, что это слишком большой