щем в ее ушах.
   Но только она должна была думать об этом, не так ли? Потому что это
  изменяло Хэвен.., и изменяло не в лучшую сторону.
  
  7
  
   За несколько дней до исчезновения Дэвида Брауна Рут с пугающей и давящей
  тоской поняла, что город отвернулся от нее. Никто не плевал в ее сторону,
  когда утром она шла из дома в свой офис в ратушу.., никто не бросал камни..,
  она чувствовала много прежней доброты в их мыслях... Но она знала, что люди
  оборачиваются, следя за ее движением. Она шла с высоко поднятой головой и
  спокойным лицом, как будто ее голова не раскалывалась и не пульсировала, как
  гнилой зуб, как будто она не провела прошлую ночь (и предыдущую, и ту, что
  перед ней, и...), ворочаясь и метаясь, погружаясь в ужасные, почти
  незапоминаемые сны и выцарапываясь из них снова.
   Они смотрели на нее.., смотрели и ждали...
   Чего?
   Но она знала: они ждали ее "обращения".
  
  8
  
   В неделю, пришедшуюся между пожаром у Полсонов и ВТОРЫМ ПРАЗДНИЧНЫМ
  МАГИЧЕСКИМ ПРЕДСТАВЛЕНИЕМ Хилли, дела у Рут пошли совсем плохо.
   Первое, это почта.
   Она продолжала получать счета, циркуляры и каталоги, но не письма. Ни
  единого личного письма. Через три дня он зашла на почту. Нэнси Восс стояла
  за почтовым прилавком, как каменный идол, глядя на нее без всякого
  выражения. К тому времени, как Рут закончила говорить, ей казалась, что она
  действительно сможет почувствовать вес взгляда Восс. Казалось, что два
  маленьких пыльных камешка лежат