а она говорила, ее голос становился все уверенней; трясущий страх
  исчез. Они смотрели на нее с уважением.
   - Я позвоню Эдли Маккину и Дику Эллисону. Брайен, вернись и скажи Мэри,
  чтобы она сварила побольше кофе. У нас впереди длинная ночь.
   Они разошлись в разных направлениях; мужчины, которые должны были
  позвонить, направились к дому Генри Эпплгейта. Дом Браунов был ближе, но
  ситуация ухудшилась, и никто из них не хотел сейчас туда идти. Тогда как
  Брайен говорил своей жене, что Рут Маккосланд решила, что их четырехлетний
  сын, возможно, заблудился в
   (не там)
   большом лесу.
   Рут страшно устала. Она хотела бы поверить, что просто сошла с ума; если
  бы она смогла поверить, все было бы проще.
   - Рут?
   Она обернулась. Ив Хиллман стоял перед ней, его тонкие белые волосы
  шевелились вокруг его черепа. Он выглядел обеспокоенным и напуганным.
   - Хилли опять в обмороке. Его глаза открыты, но... - он пожал плечами.
   - Мне очень жаль, - сказала Рут.
   - Я заберу его в Дерри. Брайен и Мэри хотят, конечно, остаться здесь.
   - Почему бы не начать с доктора Уорвика?
   - Лучше в Дерри, - Ив не мигая смотрел на Рут. Его глаза были глазами
  старика, покрасневшими, слезящимися, их синева поблекла до практически
  несуществующего цвета. Поблекшие, но не глупые. И внезапно Рут поняла, и
  невероятное возбуждение ударило ей в голову так, что она даже запрокинулась
  назад: она едва может читать его мысли! Что бы ни происходило