рохот копающих машин за фермой старого Гаррика на время умолк.
  Приятель, Гарденер, выглядел бледным, больным и понурым. Рут сомневалась,
  выдержит ли он весь день, когда впервые увидела его. Если он проявит
  признаки того, чтобы выпасть из поисковой цепи, оставляя брешь, благодаря
  которой они смогут не заметить пропавшего мальчика. Рут отправит его назад в
  дом Бобби.., но он держался, несмотря на свой измотанный вид.
   К этому моменту сама Рут уже пережила слабый припадок, вызванный двойным
  напряжением от попытки найти Дэвида Брауна и сопротивляться медленному
  изменению ее мозга.
   Ей удалось ухватить пару часов в понедельник утром перед рассветом, чтобы
  забыться тяжелым сном, а потом она опять была на ногах, выпивая чашку за
  чашкой кофе и выкуривая сигарету за сигаретой. Она даже не допускала мысли о
  том, чтобы вызвать помощь извне. Если бы она так поступила, чужаки очень
  быстро - в течение нескольких часов, думала она - разобрались бы, что Хэвен
  изменил имя на Кошмарвиль. Стиль жизни Хэвена - если можно было бы так
  выразиться, - а не пропавший мальчик, стал бы предметом их интереса. И тогда
  Дэвид пропал бы навсегда.
   Хотя солнце уже давно село, было еще по-прежнему тепло. Вдалеке слышался
  гром, но ни ветра, ни дождя не было. Сверкали зарницы. В зарослях, буреломах
  и поднимающейся молодой поросли роились и жужжали комары. Хрустели ветки.
  Люди чертыхались, проваливаясь в лужи и перебираясь через поваленные
  деревья.