зажарить цыпленка.
   Когда кирпичная башня скрылась из вида, она почувствовала облегчение.
   На Дерри Роуд она поборола в себе желание заставить "Дарт" двигаться как
  можно быстрее (несмотря на свой возраст, он ездил еще на удивление быстро).
  Она ощущала себя беглецом из клетки со львами - беглецом, которому удалось
  спастись благодаря счастливому случаю, нежели хитрости. Когда город остался
  позади и зудящие голоса исчезли, у нее появилось чувство, что кто-то должен
  обязательно броситься в погоню за ней.
   Она снова и снова кидала быстрые взгляды в зеркало заднего вида, ожидая
  увидеть автомобили, догоняющие ее и собирающиеся вернуть ее обратно. Они
  должны были потребовать, чтобы она вернулась.
   Они слишком любили ее, чтобы позволить ей уехать.
   Но дорога оставалась пустой.. Не было ни Дика Эллисона, кричащего ей из
  одной из трех городских пожарных машин, ни Ньюта Берринджера в своем
  огромном салатовом "Олдсмобиле-88". Ни Бобби Тримейна в его желтом
  "Челленджере".
   Когда она достигла границы между Хэвеном и Альбионом, она увеличила
  скорость "Дарта". Чем ближе становилась граница, - о которой она начала
  думать, верно или нет, как о некоторой точке, в которой ее бегство станет
  необратимым, - тем больше последние две недели казались ей просто страшным,
  беспорядочным сном.
   Не могу вернуться. Не могу.
   Ее нога нажимала на педаль акселератора все сильнее и сильнее.
   Наконец проявилось что-то, о чем твердили голоса,