Рувол проехал мимо
  не велосипеде. Он вез удочку. Он заметил ее и помахал ей рукой.
   - Пшивет, мишиш Маккошланд! - прошамкал он и улыбнулся. Его шепелявость
  не удивила ее ничуть, подумала она тоскливо, понимая, что все зубы этого
  парня выпали. Не некоторые. Все.
   И она почувствовала, как холод пронзил ее, когда Эшли прокричал: "Мы вше
  любим Ваш, Мишиш Маккошланд..."
   Прошло много времени, прежде чем она завела свой "Дарт", развернулась и
  поехала обратно в жаркой тишине в Хэвен. Когда она проезжала по Мэн-стрит к
  своему дому, ей показалось, что огромное количество людей наблюдает за ней,
  и их глаза были наполнены знанием, скорее хитрым, нежели мудрым.
   Она взглянула в зеркало заднего вида и увидела башню с часами на другом
  конце короткой Мэн-стрит.
   Стрелки приближались к трем часам пополудни. Она заехала на стоянку
  напротив Фэннинов, осторожно переехала через бордюр и заглушила двигатель.
  Она даже не потрудилась вытащить ключ. Она просто сидела за рулем, идиотский
  красный огонек горел на приборной доске, и просто смотрела в зеркало, в то
  время как ее мысли витали где-то далеко. Когда она пришла в себя, часы на
  ратуше прозвонили шесть. Она потеряла три часа.., и еще один зуб. Часы
  нельзя уже было найти нигде, а зуб, передний резец, лежал на подоле ее
  платья.
  
  12
  
   Всю ночь с ней беседовали куклы, и ей казалось, что не все, что они
  говорили ей, было полностью ложью.., это было ужаснее всего. Она сидела в
  зеленом,