бы все выглядело должным
  образом, что даже и не узнают, что я в Хэвене.
   Буч Дуган скрестил руки на груди. Вначале Дуган тешил себя фантазиями о
  том, что Дэвид Брайт, который обычно аккуратно интерпретировал человеческое
  поведение, на этот раз ошибся. Хиллман был настолько в здравом рассудке,
  насколько и он сам. Теперь он был обеспокоен не потому, что Хиллман был
  слегка не в своем уме, но потому что оказался сумасшедшим в самом деле. И
  все же было что-то странно убедительное в спокойном, уверенном голосе
  старика и его постоянном пристальном взгляде.
   - Вы говорите так, как будто все в Хэвене в чем-то замешаны, - сказал
  Дуган, - а я считаю, что это невозможно. И хочу, чтобы вы знали это.
   - Да, так бы сказал любой нормальный человек. Вот так они умудрялись так
  долго выходить сухими из воды. Пятьдесят лет назад людям казалось, что
  атомная бомба невозможна, и они бы здорово позабавились над идеей
  телевизора, не говоря уж о видеомагнитофоне. Не многое изменилось,
  полицейский Дуган. Большинство людей видят не дальше горизонта, и все. Если
  кто-нибудь скажет, что и за горизонтом что-то есть, его просто не станут
  слушать.
   Ив встал и протянул свою руку Дугану, ожидая что Дуган пожмет ее. Его
  удивило, что Буч не сделал этого.
   - Ну вот, я так и знал, едва посмотрев на вас, что вы считаете меня
  психом, - сказал Ив со слабой и печальной улыбкой, - и я догадываюсь, что
  сказал достаточно для того,