олжен их быстро остановить!)
   вспыхнула в мозгу, и она даже посмотрела по сторонам, чтобы убедиться,
  что не крикнула это в действительности.
   Но тишина нарушалась лишь проповедником, снова пришедшим в себя. Она
  взглянула на Марта, но Марта сидел в полном изумлении, уставившись в витраж,
  как загипнотизированный. Ей показалось это скучно, и она вернулась к
  собственным мыслям.
   - Кто же может найти такую добродетельную женщину? - читал Гуринджер
  немного неровным голосом. Он колебался в неверных местах и даже несколько
  раз замолкал. - Цена ей куда выше звезд. Сердце ее мужа полностью доверилось
  ей, и он не пожалел об этом. Она принесла ему лишь добро и ни капли зла за
  все годы совместной жизни. Она разыскивала шерсть...
   Чувствительное ухо уловило новый взрыв инородных мыслей:
   (извини, но я просто не мог)
   (...)
   (что?)
   (...святой Христос, это же Вилинг! Как...)
   (...)
   Разговаривают два голоса, но слышно лишь один, подумала мозговая сеть, и
  все глаза начали сосредоточиваться на Бобби. В Хэвене был лишь один человек,
  который умел делать свой мозг непроницаемым, и его сейчас здесь не было. Два
  голоса - не твоему ли пьяному дружку принадлежит голос, который мы не можем
  услышать?
   Бобби быстро поднялась и стала пробираться вдоль скамей, с ужасом
  сознавая, что все люди наблюдают за ней. Гуринджер, осел, снова сделал
  паузу.
   - Простите меня, - бормотала Бобби. - Простите меня... Извините.
   В конце концов она