болезнь.., общее недомогание, во всяком случае.
   Правда, они не говорили об этом.
   Бобби Тремэйн: "А что, Бобби? Нет, мистер Гарденер, с Бобби ничего
  страшного - просто легкая сердечная недостаточность. Она мигом оправится. Ей
  нужен отдых! И вы знаете это лучше, чем кто-либо другой, я полагаю!"
   Здорово звучит. Очень убедительно. Так убедительно, что, можно подумать,
  старина Тремэйн и сам в это верит, пока не заглянешь ему в глаза.
   Ньют Берринджер: "В следующий раз, надо думать, он попытается убедить нас
  в том, что мы - полиция Далласа".
   Очень смешно, не так ли? Они полиция Далласа? Вот уж забавно. Забавно до
  слез.
   Возможно, думал Гард, именно так оно и есть. Хоть плачь.
   Теперь, когда он стоял на дне глубокой расселины по соседству с
  гигантским летающим кораблем и ждал, когда спустится шланг, на ум пришли
  ассоциации с гнетущим финалом "Фермы животных" Джорджа Оруэлла; он был готов
  разрыдаться от безысходности. Странно, вот, оказывается, что чувствуешь в
  моменты, когда обнаруживается, что у тебя все-таки есть сердце. "Мутные
  глаза Кловеры перескакивали с одной морды на другую. Животные переводили
  взгляд с людей на свиней, затем - со свиней на людей, но уже невозможно было
  понять, кто есть кто".
   "Господи, Гард, да прекрати же!"
   Наконец-то прибыл шланг - славная семидесятифутовая штука, пожертвованная
  добровольным формированием пожарных. Шланг, конечно же, был приспособлен для
  распыления воды, а не для втягивания