ельные куски. А
  корабль не пострадает. Судя по всему, ему вообще ничто не грозит.
   Гарденер встал на веревочную петлю и крикнул:
   - Вытаскивай меня!
   Ничего не произошло.
   - Тащи меня наверх, Джонни! - завопил он. И снова это проклятое чувство,
  словно в голову загоняют клин.
   Опять ничего.
   Повозившись в ледяной воде, Гарденер здорово замерз. Несмотря на это, его
  лоб покрылся каплями пота. Он посмотрел на часы. Прошло уже две минуты. С
  часов взгляд перешел на кучку камней, засыпавших взрывное устройство. Масса
  времени уйдет на то, чтобы разбросать камни и выключить радио.
   А иначе не остановишь того, что происходит внутри дьявольского механизма.
  Он знал, что время не ждет. Он поднял глаза: Эндерса нет и в помине. Вот они
  и расправились с тобой. Гард. Ручейки пота стекали в глаза. Он стер их
  тыльной стороной руки.
   - ЭНДЕРС! ЭЙ, ДЖОННИ! "Выкарабкайся по канату, Гард".
   "Сорок футов? Размечтался. В колледже мог бы. А сейчас - нет". Он снова
  посмотрел на часы. Уже три минуты. Да, вот оно как. Хорошо задумано.
  Жертвоприношение Великому Кораблю. Маленькая подачка Томминокерам.
   - Чего, уже пора?
   Он задрал голову, чувствуя, что страх перерождается в ярость. "Я уже пять
  минут, как включил эту штуку, ты, безмозглый придурок! Вытаскивай же меня,
  не дожидаясь, пока старину Гарда разнесет в клочья!"
   Рот Эндерса округлился от удивления; забавно, ничего не скажешь. Он исчез
  из виду, и Гард уставился на свои часы, не обращая внимания