ых шкурок в год, должен подчиняться
  унизительным формальностям, если хочет летать. Перед терпеливыми слушателями
  (которые, однако, страстно желали перекинуться в карты или, что еще лучше,
  остаться в баре и пропустить пару стаканчиков "Кровавой Мэри") он частенько
  развивал мысль, что эти формальности хороши на случай заведомого риска,
  например, для новичков и орлов, имеющих пристрастие к бутылке, которым
  машину просто так не доверишь. Ерунда! Если это не гнусная дискриминация, то
  тогда он не знает, что справедливо, а что нет. Если бы он не был так занят,
  он бы показал этим ублюдкам, где раки зимуют и был бы прав.
   Среди партнеров Байли по гольфу встречались и юристы, большинство из
  которых знало, что все это - демагогия. Уровень риска иногда не зависит от
  объективных обстоятельств, и те, кто его определяет - тоже не дураки. Одним
  словом, лучше заручиться страховкой. К тому же, Питер Байли был медиком, а
  статистика утверждает, что из медиков получаются самые неважные пилоты в
  сравнении со всеми другими профессиональными группами, какие только есть.
   Выпустив пар, Байли направился в клуб, бормоча:
   - Я бы с этими дальновидными сукиными сыновьями не полетел бы и в Денвер,
  даже если бы моя жена умирала от кровоизлияния в мозг.
   Питер Байли, между нами говоря, был как раз из тех пилотов, для которых
  были изобретены таблицы риска и страховки. Несомненно, в богоспасаемой
  Америке найдется немало врачей, могущих потягаться