рукотворную реку. Им оставалось только сидеть в тени, на темной, влажной
  земле, усеянной хвоинками и шишками, и наблюдать за работой насоса; довольно
  утомительно сидеть, не спуская глаз с пульсирующих пожарных шлангов, и
  укорачиваться от сбивающих с ног струй, вырывающихся время от времени из
  прорех. Мосс из предосторожности, регулярно перекрывал насос, чтобы они
  могли поменять прорвавшиеся шланги или поставить зажимы; как правило, после
  этих манипуляций им приходилось перебираться в другое место, так как их
  лежбище оказывалось мокрым, как после тропического дождя.
   К трем часам поток начал выворачивать близлежащие кустики, а часов в пять
  Гарденер услышал глухой треск падающего дерева. Он вскочил на ноги и вытянул
  шею, но все случилось слишком быстро, так что поток уже унес дерево.
   - Судя по звуку, это старая сосна, - прокомментировал Мосс. Теперь
  настала очередь Гарденера молча уставиться на Мосса.
   - А может, и ель, - усомнился Мосс с абсолютно серьезным лицом. Гарденеру
  показалось, что он шутит, разыгрывает его, ну хоть чуть-чуть.
   - Как ты думаешь, вода уже достигла дороги?
   - Подозреваю, что так оно и есть.
   - Так что же, она размоет дорогу?
   - Нет. Горожане уже протоптали новую магистраль. И ничего особенного.
  Полагаю, движение будет прервано на пару дней, но и в лучшие времена здесь
  редко кто проезжал, а уж теперь...
   - Да, я это заметил, - подтвердил Гарденер.
   - Чертовски здорово, с моей точки зрения.